Когда я родилась, дедушки уже несколько лет как не стало

Остались только две-три фотографии, где я смотрела на него и представляла каким он был бы дедом для меня. Знаю, что в последние годы жизни он работал обходчиком дорог. Сохранилось много его рабочих бумаг, где очень аккуратно выведены измерения и расписаны выводы. Для своего времени он считался очень грамотным человеком, умел писать старомонгольской вязью и русской кириллицей. В 37-ом году его забрали как сына ламы, как человека, незаслуживающего доверия Советской власти. Его отправили на Беломорканал. Туда, откуда не возвращались. Люди там гибли от голода, холода и тяжелого труда. В деревне дедушку провожали молча, все были уверены, что он едет на верную смерть. Бабушке тихонько шептали, что она уже может его не ждать. Бригада, в которую попал дедушка, валила лес. Каждый день по несколько раз велась перекличка. Листочек с именами со временем поистрепался, и дедушку как человека пишущего, заставили его переписать. Когда список был переписан, надзиратель очень удивился. Настолько красивым ему показался почерк. Через некоторое время деда неожиданно вызвали в главную контору. За столом сидел начальник, который заявил, что с этих пор он назначается его личным писарем. Как дедушка понял, им очень понравился его почерк. Его сразу перевели в штаб. За это время им было переписаны целые тома документов. Пальцы были черными от чернил. Сидя в одном кабинете с начальством, он подкупал своей скромностью и немногословностью. Каким-то образом, начальник смилостивился над ним и после нескольких лет работы отправил бумагу наверх и деда освободили.
Работа на Беломорканале не прошла бесследно. Дедушка по возвращении долго болел и все время мерз.
Эта история, наверное, осталась бы в забвении, потому что никто в семье не любил вспоминать этот период. Но когда я пошла в первый класс и выводила закорючки, мне ужасно надоело это дело и я громогласно заявила, что писать красиво необязательно. Тогда-то мама и рассказала мне как красивый почерк спас деду жизнь. Это невероятно, я нахожусь под впечатлением до сих пор. И сейчас, хотя все реже и реже, я берусь писать от руки, я, в дань памяти деду, стараюсь писать красиво. И очень уважаю людей, которые уважая других, стараются писать разборчиво и грамотно.